Форум по беременности, родам и о детях

"Я беременна"

...Я пришла к тебе С ПРИВЕТОМ...,Рассказать,что солнце встало!...Ну и пусть сейчас три ночи...,Я с приветом,я ж сказала!))

Стр. 31 из 31   
Автор
Сообщение
К нам приехали... Боги! Кто хоть немного знаком с бальными танцами, наверняка слышал о Донни Бёрнсе (Donnie Burns). Этот человек сделал латину такой, какой мы знаем ее сегодня. Сделал не один, а со своей партнершей - Гейнор Фейрвезер (Gaynor Fairweather). 14-тикратные чемпионы мира (и этот рекорд не побил пока никто), они являются создателями стиля, техники и философии современных латиноамериканских танцев. Почти все звездные пары - их ученики, а теперь, благодаря Жене Смагину, мы получили возможность увидеть их рядом! Правда, не совсем "их", а только Гейнор, но зато с ее мужем, Мирко Саккани, который стал ее партнером после того, как они с Донни разошлись. В общем, тоже крутой мастер. Женя пригласил Мирко и Гейнор провести в Питере танцевальный конгресс в рамках своего нового турнира, ну и, конечно же, провести в "Арене" сборы и индивидуальные занятия. Даже для наших бальников это являлось потрясающим событием. Что ж тогда говорить о нас, учениках... Поскольку находиться в зале и смотреть было строго запрещено, мы робко торчали из-за угла, издали таращась во все глаза на легендарных личностей, и никак не могли поверить, что нам это не снится. По ощущениям это напоминало, наверное, как если бы ты на своей маленькой кухоньке сидел и пил чай с Папой Римским. Примерно так.

Миша, узнав о приезде "Богов", сразу же пообещал, что будет сливать мне всю полученную от них полезную информацию. Учитывая ее ценность - и финансовую, и профессиональную - этот жест был крайне щедрым с его стороны. И вот, уже на следующей нашей тренировке я окунулась в мир "большого танца". То, что рассказывал мне Миша, было удивительно просто. Гениально просто! Но каждая идея являлась откровением, ибо затрагивала самую суть танцевания, освобождая его от наросшей со временем мудрёной шелухи. И первым таким откровением был вроде бы всем известный постулат, что танцевать нужно с вдохновением. Но - не только на паркете. Всегда и везде, даже если ты просто идешь шагами по залу, отрабатывая технику, ты не должен позволять себе погружаться в рутину и занудство. Ни одного движения не должно быть сделано просто ради движения, и, таким образом, ты воспитываешь в себе определенное состояние души и нужное отношение к танцу. Работая в такой манере, необходимость отдельно заниматься созданием образа отпадает сама собой, ибо ты сразу - воплощение этого образа. Ты не делаешь ни одного шага вне его. И тогда он никогда не покажется искуственным или наигранным, поскольку будет идти прямиком из души.

- Миш, - спросила я. - А ведь ты мне всегда говорил примерно то же самое... Разве нет?
- В общем, да, - ответил он. - Но сейчас в этой идее намного более грубокий посыл. Я сам уловил нечто принципиально новое и очень хочу донести это до тебя. Ты понимаешь суть всего этого?

Да, я понимала. Я чувствовала, как внутри все словно обретает недостающий ранее смысл. Теперь я точно знала, чего всегда хотел от меня Миша.

Второй момент касался пресловутых рук, которые я, как ни пыталась, не могла нормально соединить с телом. И тут всё оказалось настолько просто, что я сначала даже не поверила, что это работает! Особо не вдаваясь в детали, скажу только главную идею: руки должны быть связаны с бедрами. Не с корпусом, не с плечами, а именно с бедрами. И связаны - локтями. Именно активность бедра определяет вывод локтя: степень этого вывода, его направление, наполненность. А мы-то всегда считали, что руки выводятся сторонами... Попробовав связать локти с бедрами, я сразу же была просто шокирована тем, что теперь чувствую свои многострадальные конечности, и чувствую их - как часть целого! Мне было невероятно удобно! И тут я впервые поняла смысл фразы: "Здесь руки должны тебе помочь", которая раньше всегда вызывала у меня приступы гомерического хохота.

- Миша!!! - восторженно воскликнула я. - Это гениально!!!
- Я знаю, - улыбнулся он. - Ты и выглядеть сразу стала совсем иначе. Руки больше не напоминают ветряную мельницу.
- Спасибо тебе огромное за то, что поделился со мной такими ценными вещами! Я так много поняла!
- Ну, вот видишь! - засмеялся он. - Я же говорил, что рано или поздно всё наладится.

Я замялась.

- Или ты не верила в это?
- Не верила... - честно призналась я.
- Что-о-о??? - возмущенно воскликнул он. - Не верила, да?!

Я смущенно молчала.

- Всё! Урок окончен! - сухо заявил Миша и направился к выходу из зала.
- Миша! - я быстро догнала его. - Не обижайся! Пожалуйста!

Он остановился и молча взглянул на меня.

- Я не тебе не верила! Я в себя не верила! Ты же знаешь это!
- Ладно, - он улыбнулся. - Я рад, что ты, наконец, что-то уловила. Это - главное. Твой танец стал намного легче, свободнее и красивее. Но не почивай на лаврах! Впереди еще уйма работы!
- Так урок всё-таки не окончен? - иронично улыбнулась я.
- Будет окончен! Если еще раз скажешь, что не веришь мне!
- Это так важно?
- Даже не представляешь - насколько! По крайней мере, для меня. Чаю хочешь?
- Хочу, - не раздумывая ответила я, помня данное самой себе обещание не отказываться ни от чего, что предлагает Миша.

Он важно вручил мне чашку с изображением "ареновцев", которую я подарила ему полгода назад и и которой Миша с тех пор никогда не изменял. Он пил только из нее, а если кто-то другой пытался воспользоваться ей в тех же целях, мягко, но настойчиво просил отказаться от этой идеи.

- А конфетку хочешь?
- Давай...
- Пойдем! - он взял меня за свободную руку и властно повел к столику, на котором стояла коробка шоколадных трюфелей.

"О, нет...", - пронеслось у меня, но отказываться было нельзя. Миша пальцами извлек из коробки трюфель. Я потянулась за ним, но Миша быстро отвел руку, лукаво улыбнулся и слегка покачал головой. А затем сам поднес конфету к моим губам. Я послушно открыла рот, хотя меня очень смутила эта ситуация. И вот так, с чаем и трюфелем, мы пошли дальше заниматься румбой. Когда Миша что-то объяснял, чашка была у меня, а когда я танцевала, зажав конфету в зубах, чай пил он.

- Да съешь ты ее уже! - смеялся Миша, но я лишь отмахивалась.

Когда румба была полностью разобрана, а конфета - съедена, Миша сказал:

- Дай-ка я на тебя теперь издали посмотрю!

Он отошел в конец зала и встал в проеме. Но я не успела потанцевать и минуты, как в голове возник уточняющий вопрос. И я бодро потопала к своему тренеру, на ходу набирая воздуха в грудь. Но Миша, увидев эта картину, вдруг хитро улыбнулся и скрылся за углом. Догадавшись, что он сейчас появится с другой стороны, я быстро сменила направление и, как и ожидала, поймала его у другого входа. Миша улыбнулся еще хитрее, резко развернулся и, ускоряя шаг, пошел от меня по кругу из проема в проем.

- Да Миша..! - смеялась я, пытаясь догнать его. - Стой!

А он убегал, игриво улыбаясь.

- Миша! Я спросить хочу! - выкрикнула я и в очередной раз завернула за ним из зала в холл.

И тут внезапно чуть не врезалась в его торс! Миша явно специально остановился прямо за углом.

- Спрашивай... - тихо и очень интригующе произнес он, пристально глядя мне в глаза таким страстным взглядом, что мой вопрос застрял на подходе.
- Э-э-э... Пойдем лучше в зал... - торопливо предложила я.
- Зачем? - он хитро улыбнулся. - Смотри, здесь нет никого...

"Вот именно поэтому и пойдем!"

Я сегодня абсолютно не была готова к подобным вещам. Моя голова была погружена в работу, да и стремительно приближавшийся отъезд сильно удручал. Я понимала, что буду дико скучать по Мише, и поэтому уже заранее старательно гнала от себя все сантименты, пытаясь хоть немного ослабить нашу душевную связь. А вот он, похоже, наоборот, старался сблизиться еще сильнее. Помимо вышеописанного, всё чаще начались сверкания голым торсом. Сначала в виде переодевания майки на моих глазах, потом задирания ее прямо перед мои носом, а потом, понимая, что я категорически не желаю на него смотреть, Миша стал привлекать туда мое внимание различными конкретными вопросами. Вот и сегодня он снова задрал футболку до ушей и спросил:

- Как ты думаешь: стоит мне грудь побрить или нет?

Я равнодушно и демонстративно смотрела в сторону:

- Не знаю... Это тебе решать.
- Ну, посмотри! - потребовал он. - Эти волосы нормально выглядят или смешно?
- Да нормально они выглядят!

("Тебе что, спросить больше некого???")

- Ты не посмотрела даже! Посмотри!

Я устало вздохнула и перевела взгляд на великолепное Мишино тело. Вот зачем он это делает?!

- Миш... Я правда не знаю. Но лично мне лысики не нравятся.
- Окей! - обрадовался он. - Тогда не буду брить!
- Так а мне-то что? - не поняла я. - Всё равно я уезжаю скоро!
- Ой, спасибо, что напомнила! - он натужно рассмеялся. - А то я уже и забыл! Кстати, проверь: сзади у меня волосы не шее сильно отросли?
- Нет... Я не вижу...
- Потрогай!

Блин...! Он издевается! Я быстро провела пальцем по его шее.

- Не отросли.
- Точно?
- Да!
- Ты хорошо потрогала?
- Так! Миша! - не выдержала я. - Отстань! Пусть тебя Ника проверяет!
- Ладно-ладно... - недовольно пробурчал он. - Скоро умотаешь... Потерпи!

Вместо ответа я быстро чмокнула его и ушла. А то мало ли, что мне еще проверить предложат...


Ника, Полина Казаченко, Миша и Мирко Саккани



А это легендарная Гейнор

На следующий день Миша был мрачноват. Я поинтересовалась, что случилось, и он честно признался, что сегодня во время урока с Женей у них с Никой произошла крупная разборка. Да и сам Женя наподдавал.

- Миш... Ну, вы же не в первый раз ссоритесь...
- Ты понимаешь... Просто не надо меня обижать, - серьезно ответил Миша.
- А чем тебя можно обидеть?
- Ну... Я человек терпеливый и толерантный. Могу легко простить косяки и поначалу обычно именно так и делаю. Мало ли что... Но когда я понимаю, что человек обнаглел и сел мне на шею, то я некоторое время молчу, давая ему возможность реабилитироваться, но потом мое терпение заканчивается. И вот тогда ко мне уже лучше не подходить..!

Я поняла, что он говорит о Нике - не только об уроке, а в принципе. К тому же, по моим наблюдениям, они расстались. И Ника уже пару недель ходила очень хмурая, не здоровалась, да и выглядела непривычно измученной. Я не очень представляла, как можно было вести совместную работу при таком раскладе, но это было не моё дело. Короче, Миша был очень серьезен. Я хотела снова порадовать его своей чачей, но, к моему удивлению, у меня не получилось воссоздать и близко ничего из того, чем он так восхищался в предыдущий раз.

- Чача ушла... - печально констатировала я после нескольких попыток.
- Да, - кивнул Миша. - Я согласен. Но ничего. Начнем с азов.

Мы стали кропотливо ковырять технику, прямо как с Кирюшей. И постепенно вышли на мою главную проблему: в быстром темпе у меня сразу же дико зажимались ноги. Это пошло с Валеры, у него я вообще чачу быстро танцевать не могла. Кирилл немного расслабил мои колени, говоря, что ноги должны быть мягче, и я тогда чесала чачу вполне прилично. Но Миша потребовал максимальной четкости, что снова привело меня к зажиму. Чем лучше я пыталась работать ногами, тем сильнее они зажимались.

- А почему ты бедрами совсем не работаешь? - поинтересовался Миша, внимательно изучая мои движения.
- Да мне вообще не до них! Я и так-то еле шевелюсь...
- Вот вы все - как под копирку! Все боитесь не успеть! И не понимаете одной элементарнейшей вещи: чем спокойнее ты двигаешься, чем больше прорабатываешь всё телом, тем быстрее ты будешь танцевать! Попробуй!

Мишины слова, с точки зрения логики, показались мне абсурдом, но я послушалась. И - о чудо! Всё тут же встало на свои места! Активная и мягкая работа бедер - вот, чего мне так не хватало! Поняв, что дело движется к успеху, я с воодушевлением почесала чачу по всем правилам.

- Это же совсем другое дело! - обрадовался Миша. - Ты почувствовала?
- Да!
- Еще раз давай тогда.

Мы снова станцевали, и Миша вдруг спросил:

- А почему в этом месте ты встаешь так далеко от меня? Боишься ко мне подойти?
- Боюсь... - честно призналась я.
- И почему же?
- Мне кажется, что я влечу носом в твое лицо.
- О, боже...! - он засмеялся. - Успокойся, не влетишь! Я же отхожу. Пробуем!

Я дала себе команду ничего не бояться, сосредоточилась и в нужный момент уверенно впечала свои ноги в пол, а грудь - в Мишу. Через секунду я осознала, что дальше он танцевать почему-то не собирается... Я быстро взглянула на него и увидела, что он смотрит на меня круглыми ошалевшими глазами.

"Наверное, опять не так" - подумала я.

- Лиза...! - медленно, тихо, но очень эмоционально произнес Миша. - Ну, ёб твою мать...!

"Ну, точно! Не так!"

И тут из Миши полился поток такого выразительного тихого мата, какого я не слышала никогда в своей жизни! Его смысл сводился примерно к следующему: "Это было так офигенно круто, что я просто в шоке! Я даже не подозревал, что ты так можешь! Какого хрена ты, зараза, не делала этого раньше?". Но по факту это было развернутое, крайне эмоциональное предложение минуты две длиной, в котором, за исключением местоимений, не было ни одного цензурного слова. Миша матерился настолько красиво и вдохновенно, что я заслушалась. Это было произведение искусства! И я не способна даже приблизительно передать этот поток сознания. В Мишином голосе звучали и восхищение, и укор, словно он одновременно и хвалил меня, и ругал.

- Короче! Это было просто ох..енно! - подвел он итог и замолчал.

Я с восторгом посмотрела на него и засмеялась:

- Ну, ты даешь...!!!
- Что? - не понял он.
- Знаешь... Это даже не трехэтажный у тебя! Это просто небоскреб получился!
- Да потому что...!
- Нет, я бы поняла, если бы ты меня так отругал! Но хвалить...! Честно скажу: я впечатлилась! ТАКОГО я еще никогда и близко не слышала!

Миша смущенно улыбнулся, но я видела, что он польщен.

- А теперь давай-ка вспомним вчерашние установки, - сказал он. - Никакой техники в голове, только вдохновение!

Мы станцевали в этой манере, и после Миша улыбнулся:

- Знаешь, вот сейчас твоя техника была намного хуже, это факт. Но! Смотреть на тебя было на-а-амного приятнее! Ты танцевала интересно и самобытно. Правда! И вот именно к этому мы и должны стремиться! Понимаешь меня?
- Конечно! Сейчас я начинаю всё больше осознавать, как я ошибалась всё это время, считая, что путь к красивому танцу лежит через дебри техники!
- Это просто отлично! - обрадовался Миша.

Он еще порассказывал мне про ошибки моего мышления, что-то показал, а потом попросил повторить. Но только я приняла нужную позицию, как Миша вдруг ни с того, ни с сего встал напротив меня и, с чувством глядя мне в глаза, тихо произнес:

- Знаешь... Я хочу тебе сказать, что понял одну вещь... Понял, что буду скучать по тебе... И, наверное, даже очень...

От неожиданности я потеряла равновесие и чуть не упала. Чего-чего, а такого я вообще не ожидала! Зная, что моя реакция будет решающей, я сделала быстрый шаг к Мише. Он тут же бросился ко мне, и мы повисли друг на друге.

- Я это как-то внезапно осознал... - печально продолжал он, не переставая обнимать меня. - Ночью... Представил, что тебя нет, и... - он тяжело вздохнул.
- Я тоже буду скучать по тебе! - воскликнула я.

Миша быстро отпустил меня и внимательно посмотрел в мои глаза. Я поняла, что его что-то насторожило. Интуиция подсказывала ему, что я просто даю правильные ответы и реакции. И, по большому счету, она была права, ибо я, как уже писала, сознательно настраивала себя на то, что уеду и забуду о Мишином существовании на целых два месяца. Так будет проще. И Миша уловил эту мою волну. Он серьезно смотрел на меня и молчал.

- Мне очень приятно слышать от тебя такое, - нежно улыбнулась я, думая, что это поможет.

Но получилось всё наоборот!

- Вообще-то, я искренне! - с обидой и возмущением громко воскликнул он.
- Я знаю! Я тоже, - ответила я, не понимая, что это с ним.

Но Миша уже смотрел на меня с плохо скрываемым подозрением. Он не верил мне.

- Просто мне раньше еще никто такого не говорил... - пояснила я.

Миша вдруг смутился и, пряча глаза, отрывисто забормотал:

- Да нет... Я не потому, что... Я имел ввиду... Мы просто так часто виделись...

"Ты только ничего такого не подумай!"

А я как раз именно это и думала. Слишком много эмоций было и в Мишином голосе, и в его взгляде. И я поняла, что он уже пожалел о том, что так обнажился, и потому пошел на попятную. Чего-то более душевного он, видимо, ожидал от меня. Какого-то доказательства, что все его чувства взаимны. Но я берегла эти доказательства для прощального разговора, и Миша снова решил, что совсем не нужен мне. А зря...

Из-за турнира, на котором Миша танцевал с Олей и Леной, у меня выдался выходной. Я спокойно нежилась в кровати, как вдруг получила сообщение от Тани. Она тоже должна была выступать, и я даже удивилась, что она решила написать мне, хотя, по идее, должна была в это время быть у стилиста.

- Догадайся, с кем я сейчас познакомилась и даже пила кофе?

Я задумалась. Звучало очень интригующе.

- С Гейнор что ли? - засмеялась я, не в силах придумать ничего более интересного.
- Да нет! С саратовской моделью!

Мои глаза полезли на лоб! Кровь ударила в голову. КАК??? На меня накатила такая паника, что муж даже испугался, увидев выражение моего лица.

- Что случилось???
- Неважно! - резко ответила я, пытаясь прийти в себя.

Я знала Танин необычайный талант быстро и близко сходиться даже с недругами, и сейчас до смерти перепугалась, что Таня, пообщавшись с другой Таней, посчитает её милой и начнет с ней дружить. И вот этого я бы пережить не смогла!

- Ты совсем в тыл врага перебралась??? - написала я. - Она что, на турнире?
- Да нет. Просто мы в ее студии красимся.
- Пойду-ка я тогда с Катей кофе что ли попью завтра... - ответила на это я, намекая Тане, что модель для меня такой же враг номер один, как и вторая Кирюшина ученица для нее самой.
- До просто мой стилист арендовала у нее гримерку! Мы и познакомились!
- Это не обязывает тебя пить с ней кофе! И вообще, я это расцениваю как предательство! Прости... Еще скажи, что она прикольная... Короче, совет вам да любовь!
- Не скажу! Лиза! Да она всем кофе наливала! Не злись! Ты чего?

Таня явно не понимала моей реакции, а я уже лежала и рыдала.

- Ну, ты так пишешь... Я с ней кофе пила, типа... Я плачу... Честно...
- Да я развеселить тебя хотела! Как тесен мир!
- Таня! Я тебя умоляю! Кто угодно, но только не она! Это слишком больная тема!
- Да просто забавно вышло: мы с тобой только ту историю про Валеру обсудили, я эту мадам в глаза не видела никогда, и вдруг вот такое стечение обстоятельств! Если ты думаешь, что она мне интересна, то ооочень ошибаешься!
- Просто я не переживу твоей дружбы с ней...
- Да не будет накакой дружбы! Если бы ты ее видела, то сразу бы всё поняла! Так что, успокойся.
- А что с ней не так?
- А вот завтра встретимся, и я тебе всё подробно расскажу.

Я поверила. Успокоилась. Но ситуация и правда была невероятной! Из всех гримерок Питера Танин стилист почему-то выбрала именно эту! И именно с Таней! И именно в тот период, когда ситуация с Валерой всплыла с новой силой. Провидение? Похоже. А еще это в очередной раз напоминало дешевую мыльную оперу... Я с нетерпением ждала приезда Тани и вся извелась. Ее рассказ начался так:

- Я приехала по указанному адресу, зашла в какой-то жуткий обшарпанный подъезд, нашла железную дверь и позвонила туда. Мне открыло... СУЩЕСТВО! Я даже шарахнулась немного. Нечто длинное, костлявое, невероятно сутулое, со спутанными грязными патлами и низким рокочущим голосом, похожим на мужской. Леший этакий! Впустила меня внутрь и попросила подождать. Я осмотрелась. Я не в первый раз в гримерках, но такого ужаса еще не видела! Ладно, что там ремонта почти нет - просто кирпичные стены с отваливающейся старой штукатуркой. Но там просто дикий бардак! На полу мусор, мебель какая-то советских времен, которая вся шатается и еле держится; на столах и стульях груды хлама! И посреди всего этого великолепия восседало ЭТО! Оно сидело молча, скукожившись, и распутывало какую-то электрическую гирлянду. Я поразилась такой жуткой сутулости! Плечи не просто уходили вперед, а словно крыльями закрывали переднюю часть тела! Я даже не знала, что такое бывает вообще... Короче, я от нечего делать стала ходить и рассматривать мебель. Самым приличным предметом был пыльный шкаф со стеклянными дверцами. На его полках стояли какие-то предметы и дипломы. Автоматически я начала читать надписи, и тут внезапно поняла, что имя и фамилия на дипломах что-то мне сильно напоминают! Не в силах поверить в свалившееся на меня озарение, я быстро обернулась и еще раз взглянула на существо...
"Боже...! Это же Лизкина модель!!! Не может быть!!!", пронеслось у меня. Это страшное и неухоженное создание меньше всего напоминало звезду фэшн-индустрии! Но это точно была она. И тогда я решила подкатить к ней с целью попробовать выяснить эту ситуацию с Валерой. Я подумала, что тебе это будет интересно. А ты наехала на меня! Мне даже обидно стало!
- Ну, прости! Я правда очень перепугалась, что ты с ней подружиться решила...
- Лиз, ты не представляешь, какая она страшная!!! Ничего общего с тем, что на фото! Вся тощая, а голова непропорционально большая. Черты лица грубые, как топором вырубленные. Губы эти накаченные... Это вообще ужас! Занимают пол-лица, рыхлые до отвращения и шлепают, как два пельменя. Про волосы слипшиеся она объяснила, что это после вчерашней съемки еще помыть не успела. А ей самой не противно? Идет встречаться с чужими людьми в таком виде!
- А почему голос низкий? Я слышала ее голос на видосах, вроде нормальный был...
- Ну, не знаю! Реально голос - как у мужика! И картавит страшно. А что касается речи, то ты бы вообще билась в экстазе. Ни одного связного предложения! Всё обрывками, слова подбирает, мысль до конца сформулировать не может. Кошмар, короче. Правда, она сказала, что простужена сильно, и голос от этого сел. Возможно, конечно.... Но общее впечатление всё равно очень отталкивающее. Короче, когда я увидела эти дипломы, то сразу скромно спросила: "Скажите, а это все Ваши?". Она тут же встрепенулась, бросила свою гирлянду и подлетела ко мне, немного расправив свои крылья-плечи. Гордо сообщила, что да, это её, и сразу начала рассказывать про конкурсы красоты. Из нее такое самолюбование полезло, ты не представляешь! "Да я... Да я! А я такая, а я сякая! А конкурсы все проплачены! А у меня денег нет, поэтому мне и не дали победить! А так-то всем было понятно, что я - лучше всех!". Я охренела! Нефига себе самомнение у человека! Ты в зеркало себя видела вообще? Она и про свой фильм начала трепаться: опять же, какая она талантливая и неповторимая. Я старательно охала, ахала и, чуть что, удивленно восклицала: "Да что Вы говорите..!". А она все больше заливалась о себе любимой. Сплошное местоимение "я"! Меня всё подмывало про Валеру спросить, но я не знала, под каким предлогом лучше это сделать. Но во время кофе она вдруг сама начала: "Ой, Вы знаете... У меня тут такая история приключилась!", и давай про Валеру рассказывать! Я только наводящие вопросы задавала и делала удивленные глаза, что ничего не знаю, и Валеру вообще изредка издалека вижу.
- Так и что там было-то?
- Ну, она сказала, что какие-то завистники стали распускать про них сплетни. Что это произошло из-за их клипа. Что кто-то, типа, сильно ревнует, и поэтому мстит.
- Ну да... Ей же все завидуют! Мы это еще в студии "Лето!" выяснили, - засмеялась я.
- Было бы там чему завидовать...! - хмыкнула Таня. - Так вот, из-за всего этого у нее вышла большая разборка с мужем.
- А меня она не упоминала случайно как потенциального мстителя?
- Да ты что! Она, кроме себя любимой, вообще никого не упоминала! Даже о Валере говорила совсем немного. В основном, о себе и своих переживаниях. Сказала, кстати, что между ними никогда ничего не было, что они просто очень близко дружили.
- А про предательство, о котором она на стене своей плакала, не говорила?
- Нет, о предательстве не говорила. Но я чувствовала, что она рассказывает мне какую-то официальную версию... Что на самом деле многое было не так. Я такие вещи нутром чую, ты же знаешь. Так вот, мне кажется, что там и правда ничего не было, но не факт, что она этого не хотела. Может, она всё ждала, ждала, а он взял и слился в какой-то момент. Потому, что боль в ней явно присутствует внутренняя. Разочарование и обида сильная на него, хотя она всеми силами старается этого не показывать.
- Так а в чем сейчас проблема-то? Ну, сплетни, и что? Моему мужу бы такие прилетели, он бы поржал просто, ибо точно бы знал, что это бред. Ей что, муж так не верит? Что-то тут не сходится, согласись... И еще: сплетни же не Валера распускает. Почему она обижена именно на него? Я не поняла, честно говоря...
- Она свою обиду объяснила тем, что очень много сделала для него и его школы, а он что-то там... Хм... Ну да! Я даже точно не помню, в чем он оказался виноват! Вроде в том, что не поддержал ее в борьбе со сплетнями... Или нет... Короче, помню только точно, что она сказала, что прекратила с ним всяческие контакты, чтобы муж не ревновал.
- Мне вот интересно... Она что, совсем дура? Видит тебя в первый раз и тут же такое выкладывает?
- Я тоже этого не поняла! А она еще спросила, не присылали ли мне тоже эти сплетни! Я удивилась, и она пояснила, что их, типа, по всему Питеру рассылают.
- Ага! Вся личка контакта завалена спамом про модель Таню и ее интимную жизнь! Даже не смешно! Кому она нужна!
- Я всё это подумала про себя, но вслух, как ты понимаешь, говорить не стала...
- Слушай, а прикинь, что бы с ней случилось, если бы она знала, КОМУ вчера всё это вывалила???
- Я тоже об этом думала!
- Вот в такие моменты и начинаешь задумываться о том, что любой незнакомец может быть и не таким уж незнакомцем... И базар свой лучше фильтровать!

Вот такие вот дела. Мне было ужасно смешно, когда я представляла себе лицо модели, узнавшей, что вчера она выложила все моей близкой подруге, которая во всех подробностях знала всю эту Санта-Барбару. А главное, которая лично знала МЕНЯ! Ах, как мне хотелось написать ей об этом, но во-первых: я не могла сдавать Таню; а во-вторых: я чувствовала, что раскрывать карты еще рано. Эта история с Валерой вполне могла иметь продолжение...

Две последние тренировки перед моим отъездом мы с Мишей решили сделать подлиннее - три часа с перерывом. На первую Миша явился в отличном настроении.

- Ну, как ты, пусечка моя? - спросил он, нежно меня целуя.
- А ты? - я улыбнулась. - Ты доволен турниром?
- Да.... - сладко протянул он.
- Ну, слава Богу! Наконец-то ты доволен! Я очень этому рада!

Миша был каким-то елейным, с нежностью смотрел мне в глаза и улыбался. Долго рассказывал, как они с Никой танцевали вчера, и даже показал видео, где она во время пасо нечаянно заехала ему ногой по голове. Мы поболтали, посмеялись, и я отметила про себя, что Мишин голос сегодня звучит не совсем обычно: более низко, бархатисто и трепетно. В общем, Миша источал любовь и нежность, и это радовало.

- Ладно, пойдем потанцуем, - он обнял меня за плечи и повел по залу. - Я хочу продолжить тему рук.

Мы начали, но у меня ничего не получалось. Миша поначалу сохранял свой елей и свой необычный голос. Последний просто поражал! Тихий, с придыханием, какой-то интимный и полный чувства. Мне показалось, что Мишу захлестывают эмоции, что у него внутри кипит вулкан, и боялась, что он опять сорвется. Но всё стало быстро меняться. Я увидела, что Мишино настроение поползло вниз, начались странные агрессивные реакции на пустом месте. Миша снова стал нервным, как недавно, но при этом умудрялся быть нежным. Его явно эмоционально штормило. Он мгновенно вскипал и так же мгновенно растекался в умилении. Он словно метался из состояния в состояние и не мог привести себя в равновесие. Я такого поведения еще никогда ни у кого не встречала. Оно вызывало недоумение абсолютным отсутствием какой-либо логики. И я тоже занервничала, чувствуя себя - как на минном поле. Я никак не могла вычислить, что именно из моих слов и действий провоцирует Мишину злость. Было похоже, что я тут вообще не при чем. Я чувствовала, что Мише просто дико сложно с самим собой. Но ругаться мне не хотелось, и я пыталась молчать и улыбаться. Ну, и стараться еще, конечно! Это не помогло. Под конец первой части тренировки Миша совсем посмурнел.

- Мы еще будем сегодня заниматься? - на всякий случай уточнила я, поскольку, закончив, Миша не сказал мне ни слова.
- Да-да... - рассеянно бросил он и быстро ушел курить.

Я вышла за ним и встала рядом, надеясь, что мы поговорим. Но Миша вел себя так, словно меня не было. Он сидел в углу курилки с мрачным видом и машинально листал паблики. Я не стала лезть к нему и тихо ушла.

Пока я отдыхала, Миша занимался с моей дочерью, и тут я с удивлением заметила, что он покрикивает на нее, чего раньше никогда не было. По лицу ребенка тоже было ясно, что ее откровенно прессуют, но она стойко продержалась всю тренировку и расплакалась только подойдя ко мне.

- Миша странный какой-то! - пожаловалась она. - Я старалась, но он все равно кричал. Раньше он добрым был, а сегодня психованный и злой, непонятно почему!

Я успокоила дочь, объяснив ей, что у людей бывают свои проблемы, и что не стоит воспринимать это на свой счет. А потом подошла к Мише.

- Она плакала? - в лоб спросила я.
- Нет... - он сдержанно улыбнулся.
- Но ты же прессанул ее, да?
- Ну да... - снова улыбнулся он.

И тогда я подошла к нему вплотную и серьезно посмотрела в глаза:

- Скажи, у тебя всё в порядке?

Мишины глаза мгновенно сделались жесткими. Он смотрел на меня остро и пронзительно, и мне даже стало не по себе...

- А у тебя? - едко поинтересовался он в ответ, не спуская с меня этого странного взгляда.

Я на секунду оторопела. Был какой-то подтекст в этом вопросе...

- А что?

Миша помолчал секунду, а потом сухо ответил:

- У меня всё хорошо.

После чего быстро развернулся и направился к музыкальному центру. Я пошла за ним.

- Просто ты пришел в таком хорошем настроении, а сейчас... Миш, в чем дело?
- У меня ВСЁ ХОРОШО! - немного зло ответил он и как-то болезненно улыбнулся.

Мы стали работать дальше, и с ним явно что-то творилось. С одной стороны, он был не в меру активен и постоянно приплясывал вокруг меня, но с другой - это было вовсе не веселье. Это была нервозность человека, который сидит и барабанит пальцами по столу, пытаясь хоть как-то скинуть внутреннее напряжение. Несколько раз Миша прямо посреди рабочего процесса вставал лицом ко мне и пристально смотрел на меня, ничего не говоря при этом. Я держала его взгляд и тоже молчала. Эта игра в "гляделки" длилась каждый раз секунд по 15-20, и я улавливала в Мишиных глазах какое-то подобие отчаяния. Он так испытывающе сверлил меня взглядом, словно пытался что-то для себя понять. Я чувствовала в нем сильную внутреннюю борьбу и ждала очередного неминуемого взрыва.

Миша сорвался под конец, и сорвался тотально. Всё началось с отработки кубинских брейков, на которых у меня когда-то сильно разболелись пальцы. И мы с тех пор их больше не трогали. Поэтому делала я их ужасно, не понимая, что нужно исправить, и попросила Мишу разобраться. Но он почему-то начал злиться, обвиняя меня в том, что я снова копаюсь в механике вместо того, чтобы почувствовать все движение целиком. Но я понимала, что не улавливаю чего-то главного и принципиально важного. Миша раздраженно заставлял меня танцевать их еще и еще, только толку от этого не было никакого. Мои ноги разъезжались, а причин этого я не понимала. Миша кидал мне различные отрывочные рекомендации, но это не помогало, ибо рекомендации были очень поверхностными, а моя проблема явно лежала на самом базовом уровне. Миша распалялся всё сильнее. Я видела, что он уже еле сдерживается, и вся сжалась, приготовившись к головомойке.

- Сделай медленно! - приказал он.

Но не успела я ничего толком станцевать, как он взорвался! Он заорал на меня так, как еще никогда до этого: матом, на весь зал, не стесняясь детей и других присутствующих, ругая меня за то, чего я не знала!

- Какого хрена вы все вместо чека шаг делаете, тра-та-та-та...?! Что это за мода пошла такая, тра-та-та-та...?! Это чек, вашу мать! ЧЕК!!! А вы...! Все...! - он прямо захлебывался в своем негодовании. - ГОВНО какое-то делаете!!!

И тут я взбесилась. Что он себе позволяет вообще?!

- А кто это - ВСЕ? - резко спросила я.
- Да эти вот...! - снова заорал Миша, кивая в сторону ждущих его Яны с Гошей. - И ты туда же!

Я рывком развернулась к нему лицом и с негодованием выпалила:

- Знаешь, Миша! Я вообще-то понятия не имею, как делать правильно этот элемент! И именно поэтому я и попросила тебя обьяснить!

Мишин взгляд стал убийственным.

- Понятия не имеешь??? - прогремел он. - Ты хочешь сказать, что мы с тобой его не разбирали?!
- Разбирали! Но давно и совсем чуть-чуть!
- И что?!
- А то, что я еще тогда ничего толком не поняла! А то, что поняла - уже забыла! - я тоже сильно повысила тон.
- А какого хрена, позволь тебя спросить, ты всё, мать твою, забыла?!
- Потому, что это было ДАВНО!!!
- А ты вообще это отрабатывала сама???
- Да! Один раз!
- И какого хрена?! - орал он. - Почему ОДИН раз?!
- А потому, что я без тебя не занимаюсь! - я уже тоже орала на Мишу и точно так же убивала его взглядом. - И ты САМ знаешь - почему!!!

Миша резко умолк и уставился на меня взгядом исподлобья. То ли он вспомнил ту ситуацию с моими пальцами, то ли понял, что погорячился, но, так или иначе, он взял себя в руки и начал спокойно разбирать мои ошибки. Что-то стало получаться, но я всё равно никак не могла перестать злиться. Что за дела?! Миша, правда, вскоре начал подмазываться, виновато улыбаясь, а после трени даже обнял и поцеловал.

- А ты можешь мне покушать купить? - кротко попросил он, преданно заглядывая мне в глаза.

Я согласилась, принесла ему еду и улеглась ждать дочку с Тониной группы. Сразу же отметила, что Миша стал невероятно тихим, как будто выжатым. Его было почти не слышно, но я всё равно замечала его нервозность. Он часто посматривал на меня, задерживаясь взглядом, я попробовала улыбаться, но он не отвечал. И, уходя, разговаривал со мной довольно сдержанно.

Короче, вот так мы с Мишей поругались в первый раз. Он позволил мне орать на него, и это было удивительно. Но, как мне казалось, это не являлось для него главным в тот момент. Этим срывом он просто выплескивал свою боль, моя же реакция была вторичной. И я знала, что Миша потом сожалеет, что не смог справиться с собой, он понимает, что был несправедлив, и потому я не обижалась на него. Ему определенно было очень тяжело. Спонтанно сменяющие друг друга нежность и агрессия - они были Мишиным поведением сегодня. Причем, зашкаливало и то, и другое. Мне не хотелось, чтобы он так дергался, но могла ли я что-то сделать?

Похоже, Миша сделал всё сам. На следующий день он был необычайно ровным. Мы спокойно работали, и его не кидало ни в минус, ни в плюс. А я всё смотрела на его равнодушное лицо и пыталась понять: это он себя просто в руки взял, или ему на меня плевать сто раз? Ответа на этот вопрос я ждала сегодня. Как никак, последний день перед моим отъездом. По дороге в клуб я чуть не ревела. Миша на днях сообщил мне, что у нас собираются отобрать зал аж на все лето! То есть, возвращаться мне было некуда...

- Не переживай! Мы найдем другой зал, - успокаивал меня Миша.

Но это было принципиально. Я хотела вернуться "домой", и факт того, что я не увижу родной клуб целых полгода, просто рвал мою душу на части. Вот поэтому я и ревела. А не из-за Миши вовсе. По нашим занятиям я буду скучать, да, но не по нему самому. Это я четко осознала еще вчера. И вот я стояла, смотрела на него и понимала, что, несмотря на все его неоспоримые достоинства, никаких особенных чувств у меня к нему нет. Относительно Миши моя душа была спокойна и безмятежна.

С ходом тренировки Миша потеплел. Возможно, это было вызвано моими успехами в самбе. Мы гоняли по кругу одну и ту же фигуру, вроде всё уже было понятно, как вдруг Миша сделал мне новое замечание. Я удивилась.

- Понимаешь, - пояснил он. - Я сейчас просто сменил свое восприятие тебя и сразу же понял, чего еще не хватает.
- Я не поняла...
- Ну, смотри... Мне нравится, как ты танцуешь. Очень! И я люблю свою Лизу...

Мои брови взлетели вверх. Миша смутился и торопливо затарахтел:

- В том смысле, что я люблю, как она танцует... А сейчас я посмотрел на тебя с позиции чужого человека... Который не любит мою Лизу... И сразу же увидел косяк. Понимаешь?

Я молча кивнула, думая о том, могу ли я расценивать эту фразу в качестве признания в любви... В общем, после самбы Миша отпустил меня отдыхать, а сам пошел заниматься с моей дочкой, как вчера. Я лежала на пуфике и смотрела на зал. Опять мне предстояло покинуть его. И так надолго! От этой мысли на глаза стали наворачиваться слезы. Я опасалась, что могу разреветься прямо посреди тренировки.

- Ну что? Пасо? - предложил Миша, закончив с дочкой.
- Уууу! - протянула я. - Я уже не помню ничего...
- Давай вспоминать!

Всё шло хорошо до поры, до времени, пока я не запуталась в одном месте, совершенно не понимая, на какой счет я должна идти. Миша что-то пространно объяснил: что можно делать и так, и сяк, и всё зависит от образа, и тому подобное. Я понимала, о чем он, но, чтобы идти от образа, хорошо было бы сначала представлять себе самый базовый вариант!

- Миш... Я не понимаю... Как я тут смогу так быстро повернуться, если я...

Миша мне даже договорить не дал. Он навис надо мной и внезапно начал орать! Это был взрыв, очень похожий на вчерашний, только без мата. Миша орал что-то о характере музыки, который в этом месте меняется, и поэтому... А вот что - "поэтому", я из его объяснений никак понять не могла!

- А ты не можешь мне просто просчитать? - кротко, чтобы снова не поругаться, попросила я, глядя на него умоляющим взглядом.
- Да не в счете дело!!! - агрессия Мишиного ора возросла. - Я тебе о музыке говорю! Ты что, не слышишь?!

Я ощутила сильный энергетический удар. И это снова было несправедливо. От обиды на глаза навернулись слезы. За что??? Он ведь ничего не объяснил! А то, что говорил, было намного выше уровня моего понимания. Но Миша почему-то отказывался видеть это, и для него это было крайне нетипично. Было очевидно, что какие-то эмоции снова взяли над ним верх и просто выплеснулись таким образом. Совсем распсиховавшись, Миша подлетел к скамейке, хватил свой телефон, быстро нашел традиционный пасо, включил его и буквально сунул телефон мне в ухо.

- Вот! - рявкнул он. - Слушай! Музыку слушай!!!
- Да я эту музыку наизусть знаю! - взбрыкнула я.
- Что-то непохоже! - он зло и ехидно усмехнулся.

Это совсем долбануло. В памяти всплыл Валера с его унижениями... Я почувствовала, что сейчас разревусь, неплевав на Мишины угрозы выгонять за слезы из зала.

- Слышишь?! - резко спросил он.
- Слышу... - почти прошептала я, как-то внезапно обессилев.
- Ты поняла?
- Нет... Я всё равно не понимаю, какую идею ты хочешь донести до меня...

Услышав слезы в моем голосе, Миша быстро взглянул на меня и после этого слегка смягчился. Он принялся объяснять мне всё заново, но я точно знала, что он говорит о таких вещах, для понимания которых мне хватает ни опыта, ни соответствующего уровня мышления.

- Поняла? - снова спросил он.
- Миш... - я устало вздохнула. - Я пасо вообще почти не понимаю... И мне будет проще, если ты пока просто скажешь мне - что, где и как делать. А почему - мне это пока неважно... Я всё равно не смогу понять...

Миша начал что-то говорить о том, что каждое движение в пасо может полностью меняться в зависимости от темпа, тайминга и характера, и этим запутал меня еще сильнее. Видя, что я впала в ступор, он стал задавать мне различные вопросы о пасо, ответы на которые я даже примерно себе не представляла! Я не понимала, зачем он это делает, а он всё больше раздражался, заявляя, что я просто строю из себя дурочку. Его прессинг возрастал, обрастая насмешками и злыми подколками, и я уже еле сдерживалась. Миша повел меня по схеме, показывая что-то, но я уже почти не слышала его... Такое же состояние было у меня в моменты острых кризисов с Валерой, я почувствовала, что наступил предел. И прямо во время танца из моих глаз градом полились слезы...

- Ты чего плачешь? - невозмутимо, словно это не он двадцать минут подряд наезжал на меня, поинтересовался Миша.

Я молчала, будучи не в силах отвечать. Да и что я могла ответить? Что это у меня последняя треня, а ты, сука, меня прессуешь ни за что?! И я просто продолжала молча плакать, ожидая, что он сейчас выгонит меня. И я была готова уйти. Я даже хотела этого. Но Миша почему-то не рассердился.

- Ты пасо что ли боишься? - его голос, наоборот, стал мягче.
- Нет... Не в этом дело...
- А в чем?
- Я вообще не могу тебя понять...
- Ой, да для пасо это вообще нормально! - вдруг вдохновенно затрещал он. - Здесь нет ни бейсика, ни четких правил, и поэтому поначалу у всех мозг взрывается! Ты не переживай! Со временем ты всё поймешь!

Миша уже улыбался и заглядывал мне в глаза, снова, как обычно, замазывая свой срыв. А мне было интересно: он правда думает, что я расстроилась потому, что ничего не поняла? Как-то уж это было слишком наивно... Я не верила, что он не понимает истинной причины моих слез. А Миша неожиданно превратился в знакомого сюсюкальщика.

- Ну, зайка моя! Ах ты, моя маленькая!

Но я уже не верила во все это. Глядя в Мишины глаза, я ловила себя на том, что не вижу в них абсолютно ничего. И за пять минут до конца трени я предприняла последнюю попытку: попросила Мишу станцевать со мной румбу напоследок. Я думала, что он поймет и вложит в танец все свои эмоции, но он просто сухо провел меня по схеме, в лучших Валериных традициях. Зато похвалил:

- Твоя румба превосходна!

Я удивилась, но радоваться сил уже не было. Да и после урока Миша обнял меня непривычно деловито.

- Плачешь? - спросил он.
- Стараюсь не плакать...
- Из-за пасо?

Блин... Мне захотелось нахамить и уйти! Он спецом что ли корчит из себя бездушную скотину?! Раз так, фиг он теперь чего дождется!

Я смерила Мишу взглядом исподлобья и отвернулась.

- Не плачь! - он театрально и сухо прижал меня к себе.

И не было в этом ни участия, ни сожаления. Всё напоминало какой-то обидный фарс, и я снова подумала о том, что раньше Миша так себя не вел. Но у нас еще была возможность попрощаться, когда я соберусь уходить. Правда, Мишу это, похоже, вообще не волновало. Он стоял, болтал со Смагиным и в мою сторону даже не смотрел. Попрощавшись с Тонечкой, я поравнялась с ним. Остановилась поодаль, думая,что он на секунду подойдет. Но Миша лишь махнул мне издали и бросил небрежное: "Пока"!

Именно такие моменты и рушили во мне всё доверие к нему. Картинка не складывалась. В душе возникало противное ощущение, что со мной поиграли и бросили. Вот и теперь мне стало невыносимо горько. Зачем было эмоционально привязывать меня к себе, демонстрировать какое-то особое отношение? А потом в самый важный момент взять и пнуть коленом под зад, дав почувствовать себя пустым местом! Зачем?!

- Гасспади...! - ответила на это Юлька, которой я тут же позвонила. - Да всё как раз очень понятно! Он дико переживает, и поэтому злится. Мужики часто так делают. Он хочет казаться сильным и независимым, а трогательное прощание совсем выбило бы его из колеи! Все эти психи и метания - яркий показатель того, что ему не то что не все равно, а что ему невыносима даже мысль о том, что вы расстаетесь на два месяца! Он просто борется с собой, как ты не понимаешь? Более того, он уверен, что ты уезжаешь от него с облегчением, и это является дополнительным фактором для того, чтобы из всех сил показывать, что ему тоже всё равно.
- А ты уверена, что ты не ошибаешься?
- Аюсолютно уверена! Ты очень много значишь для него. И, судя по твоим рассказам о его бесконечных нежностях, я считаю, что Миша просто по уши...!
- Думаешь?
- Да тут и думать нечего! Вот увидишь, он тебе еще напишет или позвонит.

Я не поверила в это. Но около полуночи он и правда позвонил!

- Привет... Это я... - Мишин голос звучал очень странно, как-то трескуче, и я бы не узнала его, если бы не АОН.
- Я поняла...
- Я... эта... Просто хотел пожелать вам хорошей поездки...
- Спасибо...
- А то нормально попрощаться не получилось... Прости...
- Да ничего...
- Ну... вы там... не скучайте...
- Постараемся...
- Форму не теряйте... Занимайтесь...
- Этого я тебе не обещаю...

Я не просто так поставила такую уйму многоточий. Весь наш разговор был одним сплошным многоточием невысказанных слов. Неловкие паузы, безэмоциональные реплики....

"Я буду скучать!"
"Я тоже!"


Но ничего этого не прозвучало.

- Ладно... Не забывайте... Пишите.... - Миша не мог обращаться только ко мне, я четко уловила это.
- Ты тоже мне пиши! Об успехах своих, например.
- Да? - радостно воскликнул он. - Хорошо! Я буду писать! Конечно!

Так мы ничего друг другу и не сказали. А было ли, что сказать? Юлька в нашем разговоре спросила меня: "А кто вы друг другу?", и я не смогла ответить, ибо не понимала даже своего отношения к Мише. Близкие люди? Да не такие мы и близкие... Тренер с ученицей? Ну, тут вообще без комментариев. Влюбленные? Тоже непохоже. Друзья? Вот уж точно не друзья! А кто тогда? Два аддикта, подсевшие, как наркоманы, друг на друга! Интересно, изменит ли что-то это долгое расставание? Не знаю, почему, но уезжать мне было страшновато. Зная Мишину импульсивность и способность быстро переключаться, я боялась вернуться и обнаружить совершенно другого человека. Человека, которому я уже буду не нужна...

Показать сообщения:   
Начать новую тему Ответить на тему
Часовой пояс: GMT + 3
Стр. 31 из 31   


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах